`

Онлайн библиотека

В данном каталоге находятся книги доступные для скачивания для последующего прослушивания на тифлофлеш-плеере
Рубрики каталога
Поиск

Приговоренная замуж

Автор: Сукачев В.
Издатель: Издательский дом "Дальний Восток"
Диктор: Ланина Т.
Длительность: 16 часов 4 минуты 40 секунд

18+
В этом романе читатель сразу же окунается в водоворот событий, он не входит в воды реки, он бросается с утеса в стихию
созданной писателем реальности: роман цепко держит до конца повествования. В ранних повестях этого еще не было…
Но что это? «Love-story»? Формально да, потому что у главной героини, Нелли Земляникиной, на протяжении романа случается не одно любовное приключение.
Но не любовные истории являются в романе главными, главное — картина общественного бытия дальней провинции с конца 60-х по середину 70-х XX века…
Из поселка, где Земляникина начинает работать сельской учительницей, до райцентра, где она станет третьим секретарем райкома партии, довольно далеко.
От райцентра очень далеко до Хабаровска, а от Хабаровска слишком далеко до Москвы. Но система действует везде. Система лжива и безобразна. Хорошо понимаешь
это, когда видишь, что людям «от начальства», которые по-настоящему талантливы и деловиты —молодой директор лесхоза Лопушков, к примеру, — всегда в этой
системе будут вставлять палки в колеса, наказывать за инициативу, за талант, за яркость. Система любит даже не исполнительных, а серых. Потому что сама
— серая. Оттого и «почти правильный» комсомольско-партийный секретарь, Сергей Бурлаев — все время будет подходить к противоречиям с системой, а поскольку
ей служит — то и с самим собой.
Система отбирает право на личную жизнь. Вот здесь, пожалуй, —плотное соприкосновение романа Вячеслава Сукачева с классической «love-story». Любовь-страсть,
так часто возникающая вне семьи, вопреки семье, под углями остывшего костра — под спудом запретов. Эта любовь, возможно, и переросла бы в высшую свою форму
— любовь-суть, была бы возможна как любовь-суть, если бы запреты на зародыш большой любви, любовь-страсть не принимались людьми «от авангарда», от комсомольского,
партийного истеблишмента как часть трансцендентности власти. Власть в те времена, при том режиме — как бы «от объективных законов истории». Это почти то
же самое, что от Бога. Из диалогов героев видно, что они воспринимают писанные и не писанные установки жизни, идущие от власти, именно как некое трансцендентное.
Любовь-суть — за пределами возможного бытия. Остается только любовь-грех, любовь-страсть…
Герои романа ведают, что жизнь коротка, и знать не хотят, и помыслить о том, что за пределами жизни. Потому за свою деловитость, за умение пробиться на
верхние карьерные уровни они желают соответствующей компенсации и только здесь и сейчас. Когда читаешь про загородные домики, вечера, пикнички комсомольских
вожаков 1970-х, возникает ощущение, что это похоже на что-то близкое. На что? А вот на «новых русских» 1990-х годов, пожалуй. Примитивный гедонизм неизбывен
и существует при любой власти, исповедующей любую идеологию. Вот о чем думается, когда читаешь строки, например, повествующие о первом посещении героини
загородного домика Сергея Бурлаева… Вячеслав Сукачев, наверное, недаром именно в середине 1990-х обращается к «комсомольской теме» 1970-х. Вот из этих
комсомольцев выросли две генерации, так не любимые народом в конце века: реформаторы-завлабы, провалившие свои реформы, и циничные нувориши, «наварившиеся»
на этих реформах. Вон они откуда растут — из системы власти 1970-х. А других, честных и толковых, система давила и прессовала, пока не вывела их как породу…
Не осталось их к 1990-му…