16 мая 2022

Без срока давности: информационная беседа о событиях Хабаровского процесса 1949 г.

В ходе Хабаровского судебного процесса (25-30 декабря 1949 г.) были получены неоспоримые доказательства преступлений японских должностных лиц против мира и человечества.

C инициативой проведения судебного процесса над японскими военными и должностными лицами выступил 19 февраля 1948 года министр внутренних дел СССР С.Н. Круглов, которого поддержали А.Я. Вышинский и В.М. Молотов.

В проекте секретного постановления Совета министров СССР от 7 сентября 1949 года поручалось Министерствам внутренних дел и юстиции, Прокуратуре СССР «организовать в Хабаровске открытый судебный процесс над руководящими работниками так называемого «Противоэпидемического отряда № 731», занимавшегося изысканием бактериальных средств и способов их применения в войне против Советского Союза и Китая».

Расследование проводилось оперативно-следственной группой МВД СССР и Следственным управлением МВД СССР по Хабаровскому краю в период с 22 октября по 13 декабря 1949 года.

Головной 731-й отряд, занимался подготовкой бактериологической войны, которая являлась составной частью оперативно-стратегического плана нападения на Советский Союз.

В конце декабря 1949 года в Хабаровске военный трибунал Приморского военного округа рассмотрел дело бывших военнослужащих японской армии по обвинению в подготовке и применении бактериологического оружия против советских, монгольских, китайских войск и мирного населения, в боях на р. Халхин-Гол (1939 г.), в Китае (1940-1942 гг.), в проведении преступных опытов над людьми.

По материалам уголовного дела проходили 12 японских военнослужащих, которые в нарушение Женевского протокола от 17 июня 1925 года «О запрещении применения на войне удушливых, ядовитых и других подобных газов и бактериологических средств» занимались разработкой, созданием и применением бактериологического оружия в годы Второй мировой войны.

Бактериологические отряды имели широкую сеть отделений и филиалов, расположенных на основных направлениях планировавшихся наступательных операций. В частности, на границе с СССР для этого готовились Читинское, Хабаровское и Благовещенское направления

Создание и выращивание бактерий остроинфекционных заболеваний, разработка способов их распространения (сброс авиабомб с блохами, носителями бактерий, заражение воды, пищи, скота и растений) велись в широком масштабе.

Хабаровский процесс открыл не известные ранее факты совершения японскими военными в период с 1938 по 1945 год преступлений, связанных с широкомасштабной подготовкой бактериологической войны, а также её непосредственным ведением на территории Китая, в т.ч. против мирного гражданского населения.

Было доказано, что бактериологическое оружие также применялось против СССР и Монгольской Народной Республики во время военного конфликта на р. Халхин-Гол (11 мая — 16 сентября 1939 г.). В качестве боевых средств, в ходе конфликта японскими войсками использовались бактерии брюшного тифа, паратифа, дизентерии, которыми заражались река и смежные водоёмы. Продолжались операции по бактериологическому заражению советских пограничных территорий и в годы Великой Отечественной войны. Однако развернуть полномасштабную бактериологическую войну с СССР Японии не удалось из-за стремительных действий советской армии в ходе августовской кампании 1945 года.

В ходе судебного процесса военный трибунал установил степень виновности каждого обвиняемого. Подсудимые признали себя виновными. Перед оглашением приговора О. Ямада сказал: «…я признаю свою ответственность в деле усиления боевой готовности по подготовке к бактериологической войне. Я признаю свою вину за все злодеяния», а К. Кавасима признал: «…совершённые мною преступления позорны не только для меня одного, но позорны для всей моей страны», «…совершённые преступления являются громадным злодеянием против человечества».

Учитывая, что смертная казнь в СССР была временно отменена, военный трибунал Приморского военного округа приговорил О. Ямаду, Р. Кадзицуку, Т. Такахаси и К. Кавасиму к заключению в исправительно-трудовых лагерях сроком на 25 лет.

По поручению правительства послы СССР 1 февраля 1950 года вручили ноты правительствам США, Великобритании и Китая (копии — правительствам Австралии, Бирмы, Голландии, Индии, Канады, Новой Зеландии, Пакистана и Франции) с предложением предпринять совместные усилия по выявлению и осуждению главных организаторов и вдохновителей чудовищных преступлений.

Главная военная прокуратура Российской Федерации в связи с обращением «Японской ассоциации бывших военнопленных» рассмотрела в 1993-1994 гг. материалы уголовного дела и вынесла постановление – все лица, проходившие по нему, осуждены обоснованно и реабилитации не подлежат. Определением Верховного суда Российской Федерации от 15 декабря 1994 года приговор военного трибунала Приморского военного округа оставлен в силе.

С формальной юридической стороны Хабаровский процесс 1949 года не носил международного характера, тем не менее, этот исторический суд, рассматривавший ход подготовки и применения японскими военными преступниками бактериологического оружия, по своему политико-правовому значению может быть поставлен в один ряд с Международными военными трибуналами в Нюрнберге и Токио.

Несмотря на то, что процесс не имел международного характера, проделанная работа по приданию широкой известности вынашиванию планов по разработке новых способов массового уничтожения людей получила международное признание. Как свидетельствуют в т.ч. и японские источники, процесс стал основой для появления в этой стране публикаций, где были безоговорочно осуждены преступления, связанные с подготовкой и ведением бактериологической войны.

По итогам Нюрнбергского, Токийского международных военных трибуналов и Хабаровского судебного процесса результаты их деятельности были признаны преступлением против человечества.

Именно Хабаровский процесс 1949 года выявил факты медицинских экспериментов на людях, сопоставимых по жестокости с действиями немецких врачей-нацистов во время Второй мировой войны. И в этом его безусловное историческое значение.

28 ноября 2022

«Охотничьи тропы Сергея Кучеренко»

беседа-обзор, книжно-иллюстративная выставка
Читать далее